Единожды солгав, кто тебе поверит?

court_1На прошлой неделе Россию взбудоражила новость об аресте государственных активов в ряде государств Европы. Корреспонденты практически всех СМИ, чуть ли не пеной у рта, заходились в обсуждении антироссийского сговора. Ещё бы — нашу страну несправедливо «засудили». Подлые европейцы применили по отношению к Великой Стране нормы международного права, которые её вовсе и не касаются. Одним словом, сговор. Враги вокруг.

В конце концов, взял слово президент страны Владимир Путин. «Реакции не может не быть. Мы будем защищать свои интересы. Что касается этого разбирательства, то наша позиция известна. Она заключается в том, что по вопросам и делам подобного рода Гаагский арбитражный суд имеет компетенцию только в отношении тех стран, которые подписали и ратифицировали Европейскую энергетическую хартию (ЕЭХ). Россия не ратифицировала эту хартию, поэтому мы не признаем юрисдикцию этой инстанции», — приводит его слова, адресованные иностранным журналистам РИА «Новости».

Вроде бы, можно поставить точку. Но червь сомнения гложет — что-то тут не так. Почему? Давайте разбираться вместе.

Что такое Гаагский арбитражный суд? Открываем Википедию и читаем информацию о данном органе. Правильно он называется «Постоянный третейский суд» (ПТС) и был создан, оказывается, ещё при «царе Горохе» – в 1899 году для разрешения экономических споров между государствами. В окончательной форме система работы постоянной палаты третейского суда была оформлена конвенцией 1907 года. Российская империя была, кстати, среди инициаторов. Советский Союз подтвердил, что является полноправным членом данной организации в 1955 году. РФ, как правопреемник СССР, естественно, пользуется всеми правами. И обязанностями.

Ну да не история создания суда главное. Главное — что и как рассматривает этот суд. Вот тут-то и начинается самое интересное. ПТС не является судом в полной мере. Это — третейский орган. То есть, если есть споры между компаниями или странами, стороны выбирают (вместе!) посредника — третейского судью. Который и решает, кто прав, а кто виноват.

Идём на сайт ПТС. О чудо, есть даже русская версия. И там есть отдельная приписка, что Постоянный третейский суд рассматривает споры, связанные с договором о Европейской энергетической хартии. Россия действительно подписала его, но решила не ратифицировать. Причины не в самом договоре, а в желании «Газпрома» не применять по отношению к себе самому некоторые пункты, касающиеся транзита газа по европейским странам. В частности, те пункты, которые призваны защитить государства от монополий.

Вроде бы всё правильно. Но сомнения не дают покоя. Снова идём на сайт суда и, о чудо, есть документы по всему ходу разбирательства. И идёт оно, оказывается, аж с 2005 года. Оп-па, так это, значит, не «быстрая домашняя заготовка» пары последних месяцев, а настоящая тяжба, длившаяся 10 лет.

Ну, да ладно, идём дальше. В разделе дела смотрим список документов. И там есть интересное решение. Или, точнее, целых три. Все они называются «промежуточные решения о компетенции и допустимости». То есть, если верить В.В. Путину о неприменимости норм Европейской энергетической хартии к России, точка должна была быть поставлена ещё в 2009 году.

Открываем документы (кто не знает английского, Гугл-переводчик в помощь). И тут же — первый шок. Стороны разбирательства согласовали состав арбитров на рассмотрение дела. И, согласно нормам ПТС, в равной мере финансировали их работу. То есть РФ, которая сейчас утверждает, что дело не должно было рассматриваться в принципе, 10 лет платила и арбитрам, и группе очень недешёвых адвокатов — официальных представителей в суде. Ну, да ладно, Россия большая, денег много. А европейские юристы, бедняги, недоедают — надо подать им на бедность (сумму, сравнимую с годовым бюджетом небольшого города).

Дальше — больше. Арбитраж очень любит «мировые сделки». То есть, когда стороны сами договариваются, ещё до суда. За это, кстати, его (ПТС) частенько критикуют, потому что такие сделки зачастую не имеют ничего общего с нормами международного права. Но страны (или стороны) так решили. И точка. Так вот, РФ отказалась от поиска компромисса. Об этом указано уже на первых же страницах документа.

Читаем дальше — интересно же, что сказали представители РФ о неприменимости решений в данном вопросе. И вот те раз. Пункт 39 на странице 12. Читаем: «On 20 August 2009, the Russian Federation notified the Portuguese Republic, as the ECT Depository, of its intention not to become a party to the ECT. According to Respondent, the Russian Notification is “fully consistent with the positions taken in these proceedings by the Russian Federation, and was not intended to have any effect on the jurisdictional and admissibility issues currently before the Tribunal». Вкратце, по-русски это звучит так: «В 2009 году правительство России уведомило Португалию (как депозитария договора о ЕЭХ) что не намерена его ратифицировать. ОДНАКО (!) представители России в суде заявили, что оно (заявление правительства) вполне согласуется с рассмотрением данного дела и «не оказывает никакого влияния на вопросы юрисдикции и применимости по отношению к делам, уже находящимся в Трибунале». То есть, говоря простым языком, Россия согласна на продолжение процесса и признаёт его правомерность.

Дальше были ещё 6 лет разбирательств. И вот — решение. Да вот незадача, оно оказалось не в пользу РФ. Или, точнее, правительства РФ. Согласно конвенции 1907 года решения арбитража обязательны.

Дальнейшую историю мы уже знаем. Россия платить не собиралась. Истцы обратились в суды стран Европы. А там, поскольку решение арбитража обязательно для всех подписантов конвенции, не имели другого выхода, как начать аресты имущества России. В самой РФ — смотри первый абзац этой статьи.

Но извините, в таком случае необходимо уточнить:

— Сами согласились рассматривать иск
— Сами выбрали арбитров и сами платили им бо-о-ольшие деньги
— Сами отказались от компромиссов
— Сами отказались от возможности прекратить дело в 2009 — можно ещё было заявить, что мы выходим из процесса, поскольку страна не ратифицирует договор об энергетической хартии. И ещё 6 лет судились, тратили деньги на адвокатов и арбитров.

А получив решение на руки, вместо того, чтобы исполнить его, начали кричать «Караул! Грабят! Противоречит конвенции!». Интересная картинка получается. Есть спор. Выбрали посредника. От возможности полюбовно договориться отказались. Надеялись выиграть и утереть нос всему миру. При этом неоднократно подтверждали правомерность рассмотрения. Гляньте на документы — там после каждого этапа целая куча «подписей». То есть, каждый шаг — согласие. Но вот последний шаг, и — провал. Что в таком случае делают обычные люди? Ты хозяин слова: договорился — выполняй. Что делает РФ? Представители страны ставят подписи под решениями. Но потом страна говорит «Я Великая страна. Я хозяин своего слова: хочу — даю, хочу — беру обратно».

С одной стороны, может быть для внутреннего пользования так и надо — народ не любит побеждённых царей. А тут проявили силу характера, показали принципиальность. Да вот беда, если постоянно нарушать своё слово — кто с такими будет иметь дело? И с людьми, и со странами. Несолидно как-то.

Что будет дальше, не знаю. Думаю, как-то договорятся. Россия что-то выплатит (а иначе просто нельзя — все будут отказываться иметь бизнес со страной). Выплатят, думается, не сразу, как-то договорятся с истцами. И, скорее всего, россиянам об этом говорить не станут — уж лучше постоянно долдонить о войне в Украине, кризисе в Греции и коронавирусе в Корее. Договорятся втихомолку. Но, как в известном анекдоте, «осадочек-то останется».

Но как-то всё это нерадостно. Ведь если страна может дать и забрать назад своё слово по отношению к международным судам, что помешает ей сделать то же самое по отношению к своим согражданам? А единожды солгав, кто тебе поверит?

Источники: ria.ruru.wikipedia.orgru.wikipedia.orgen.wikipedia.orgpca-cpa.org. Коллаж автора.

Другие материалы рубрики: